yulen_ka

Мне переслали письмо от Саши Фрадкова (нашего соученика по 30-ой школе, вот тут его стихи на 85-летие Иосифа Яковлевича) о том, как прошли похороны.
Упоминаемая в письме Юля, это я.

"Вернулись с похорон Веребейчика.
Было человек 80-100, в основном, седые люди пенсионного и предпенсионного
возраста. Многие не виделись много лет. Я узнал Толю Шустера, но не узнал
Сережу Валландера.
Вроде всегда говорили, что Веребейчик - это наш дух, символ Тридцатки, символ
лучших наших дней, как бы само собой разумея, что это уже привычно, уже навечно.
Этот дух так силен, что родители передают его своим детям, а преподаватели,
которых среди нас много, передают своим ученикам.
Но вот ушел человек, который был его материальным носителем и объединял
нас всех вместе. И вдруг оказалось, что все так хрупко, что может уйти в небытие.

На прощании хорошие стихи сказал Валера Скобло. Юря Этингер читал выдержки
из писем учеников издалека (Алика, Юли, других). Были М.Шифман, Т.Курсиш, В Ильин,
но официальных выступлений от школы не было. Говорят, на сороковины, 20-го апреля,
будет возможность еще собраться в школе и вспомнить все еще раз.
Все-таки, как кто-то сегодня сказал, когда на эти лица смотришь, хоть почти никого
не узнаешь, но чувство, что ты снова попал в 30-ю школу - появляется.

Из прощального зала выходили, оставшись как будто без отца.
Да, он во многом создал нас, какими мы стали, как написала Юля.
Хочется хвататься за каждую соломинку памяти,
за каждое его слово и каждый случай из нашей с ним общей жизни, чтобы
они не ушли тоже в небытие, чтобы зафиксировать их, хотя бы где-то на сайтах,
сохранить хотя бы пунктирно, прелесть нашей удивительной юности и
того уникального явления в человеческой истории, участниками которого мы были
и которое, хоть и неосознанно, вместе с ним создавали.

После похорон расходиться не хотелось. Юра организовал небольшой зал
тут же в крематории. Теперь можно заказать и такую услугу. Собралось посидеть
человек 20, в основном выпуски 1965, 1966, 1968, 1969 года. Выпили, поговорили.
Огромное спасибо Юре Этингеру, Оле Крузенштерн, Неле Копелевич, другим,
тем, кто был рядом с И.Я. последние, очень трудные месяцы и дни."

Грустно...